ЗА КУЛИСАМИ РОССИЙСКОЙ ТЕЛЕПРОПАГАНДЫ

Совсем недавно у нас было опубликовано интервью с украинским блогером Сергеем Запорожским о закулисье политических ток-шоу, бесконечным потоком идущих по российскому телевидению. Сегодня мы продолжаем эту тему.

Журналиста Евгения Кудряца, который много лет назад переехал на постоянное место жительства из Украины в Германию, я знаю очень давно. Можно сказать, что в журналистику он попал во многом с моей подачи. Время от времени я слежу за творчеством Евгения – он с удовольствием берёт многочисленные интервью у известных людей, а в последнее время ещё и пробует себя в области аналитики. Узнав, что Евгений побывал в Москве на одной из таких телепрограмм, я попросил его поделиться на страницах сайта впечатлениями от участия в ней. Читайте ниже его рассказ, а я пользуясь случаем, хочу напомнить читателям об опасности некритичного отношения к российской пропаганде.

                                                                                                                                       Игорь Магрилов

 

В последнее время многие говорят о том, что телевидение сдаёт позиции и по полярности значительно уступает интернету. С одной стороны, с этим сложно не согласиться, но всё зависит от возраста телеаудитории, ведь пожилые телезрители предпочитают «дедовский» способ получения информации, а их дети и внуки – более «продвинутый», с помощью «всемирной паутины».

Относительно недавно – весной этого года – я принял участие в прямом эфире программы «Время покажет», которая ежедневно идёт по российскому Первому каналу. Я знаю, что эту передачу смотрят в разных странах мира, вне зависимости от политических пристрастий. Хочу рассказать вам о своих впечатлениях от той поездки в Москву и поделиться некоторыми особенностями создания подобных телешоу.

У читателей может возникнуть закономерный вопрос: почему выбрали именно меня? Я думаю, что это обусловлено несколькими моментами: во-первых, подобным программам время от времени нужны новые лица, а, во-вторых, важно то, что я представитель Германии с, так сказать, альтернативной точкой зрения, хотя в передачах другого российского телеканала эксперты из Германии нередко стоят на российских позициях.

Я могу отметить, что со стороны редакции программы всё было очень чётко спланировано и организовано, хотя и практически в последний день, что связано со спецификой программы: тему определяют незадолго до эфира, и уже под неё формируют список гостей. На меня не оказывалось никакого давление в плане того, что и как я должен говорить, но были оговорена общая «тональность» моего мнения.

Билет из Германии мне заказали на понедельник, а эфир был во вторник. В аэропорту меня встретили с планшетом, на котором красовался логотип Первого канала, и на такси отвезли в гостиницу «Звёздная», расположенную в районе телецентра «Останкино», с видом на Останкинскую башню.

Утром меня ждал роскошный «шведский стол», а в 11.00 у входа в гостиницу уже был водитель такси. Подъехав к «Останкино», он кому-то позвонил, после чего меня проводили в «гримёрку» – небольшую комнату, в которой участники шоу ожидают своего «выхода». Туда я прибыл одним из первых, хотя участвовал во второй части программы. Постепенно стали прибывать участники, в частности, громогласный Сергей Доренко и другие гости программы. Меня попросили подписать бумаги о том, что я участвовал в шоу за счёт «Останкино»: полёт, проживание в гостинице, завтрак и поездки на такси мне оплатило российской телевидение, а за самое участие в программе я ничего не получил.

Теперь я хочу объяснить, особенно для тех, кто вообще – не в «теме», какие существуют негласные «правила игры».

Во-первых, подобный телеформат очень напоминает театр: тут есть актёры и зрители, которые не только аплодируют в нужное время, но и создают «шумовые эффекты», – хлопают в ладоши, топают, шумят и гудят, нагнетая и до того напряжённую атмосферу в студии. Зрители, естественно, начинают и заканчивать хлопать по определённой команде. За участие в шоу они получают небольшие деньги.

Во-вторых, как и в театре, тут есть пьеса, которую разыгрывают участники программы.

В-третьих, есть положительные и отрицательный «герои», которые находятся по «разные стороны баррикад», причём в буквальном смысле: их сажают подальше друг от друга. К первым принадлежат пророссийские деятели, а ко второй – проамериканские, проевропейские и проукраинские. Такое столкновение мнений и позиций создаёт конфликт и драматургию, без которых, как известно, не обходится ни одна театральная постановка.

Но подобные передачи часто напоминают и чисто телевизионный жанр – сериал. Это происходит из-за того, что «джентльменский набор» участников практически не меняется. Скажу больше: это же, в основном, касается и тематики, которая в 90% посвящена Украине. Логика создателей тут весьма проста: зачем телезрителей расстраивать, показывая российские проблемы, когда есть Украина? Главной «фишкой» таких шоу является повышенный тон, вернее, крик, с помощью которого оппоненты пытаются обосновать собственную точку зрению. Это очень поощряется и культивируется.

Многие у меня спрашивали: есть ли у этих ток-шоу чёткий сценарий? Отвечаю: есть некий жёсткий «каркас», на который нанизывается «мясо» с помощью реплик участников передачи. Естественно, есть некая импровизация, но она подчиняется строгим рамкам прописанной «фабулы». Поясню на примере: в первой части программы, которую я наблюдал, ожидая свой выход, по ТВ, обсуждалась история мальчика, который на Арбате читал Шекспира. По сценарию, участники телешоу до определённого момента не имели права выдавать «секрет», заключавшийся в том, что ребёнок не просто декламировал стихи великого английского драматурга, а тем самым зарабатывал деньги. Когда кто-то из гостей случайно «проговорился» и раньше времени об этом сказал, одна из редакторов, тоже наблюдавших эту часть по ТВ, даже крякнула от досады.

На ТВ есть целая армия людей, которые находятся на ту сторону экрана, но их, естественно, телезрители не видят. Это технические работники, видеооператоры, звукорежиссёры, редакторы, гримёры, но без них не один эфир, а тем более – прямой, невозможно было бы провести. Отдельно хотелось бы поблагодарить девушку-гримёра неземной красоты, которой удалось создать мне очень телегеничный образ.

Очень большую нагрузку несут гостевые редакторы, которые не только обеспечивают наличие нужных гостей, но и проводят с ними громадную работу. Она заключается в предварительном собеседовании, где делается акцент на определённые вещи. В моём случае тема касалась визита Владимира Путина во Францию, поэтому моя позиция должна была отражать именно европейский взгляд на эту поездку российского президента.

Я уже писал о том, что в программе принимают участие люди с диаметрально противоположными взглядами, но это не мешает им спокойно общаться. В «моей» программе участвовали американец Майкл Бом, украинец Вадим Карасёв и россиянин Григорий Амнуэль. В одной комнате с ними находились их политические оппоненты, но никакой неприязни между ними не было, хотя они практически и не общались друг с другом. Тема программы, в которой я участвовал, никак не касалась Украины (что является исключением из правил), поэтому о ней в кулуарах никто не говорил. Майкл Бом держался очень демократично, отвечал на мои вопросы и не «звездил», а вокруг Григория Амнуэля сразу же возник кружок из почитательниц, которые обступили этого известного оппозиционного деятеля. А вот представитель другого «лагеря» Руслан Осташко держался весьма надменно.

Что касается студии, то там было жарко, но вовсе не из-за температуры воздуха, а из-за накала страстей. Я выполнил «программу-минимум»: мне удалось несколько раз прорваться и «прокричаться», но в первый раз конец мой тирады звукорежиссёр свёл «на нет»: хотя я и пытался перекричать оппонентов, мои слова потонули в общем шуме. Во второй раз в студии царила тишина, и мне удалось вставить свои «пять копеек» в общее обсуждение. Это было сделать весьма нелегко, так как ко мне, в отличие от известных гостей, никто и ведущих не обращался. В этом заключается главная проблема: когда ты хочешь что-то сказать, то тебе не дают этого сделать и наоборот, когда тебе наконец-то предоставляют эту возможность, то ты к этому моменту уже «перегораешь», а твоя фраза совершенно теряет смысл, потому что она просто «устаревает».

Со стороны ведущих и «противников» идёт определённый прессинг, который может выражаться не только вербально. Я себя там чувствовал не очень уютно, хотя был готов к подобной враждебной атмосфере. Это, прежде всего, ощущалось во взгляде ведущего, который меня сверлил, словно буравчиком. Что же касается пророссийских активистов, то могу сказать, что они, по моим ощущениям, говорят искренне и действительно всё так и чувствуют, а не играют роли положительных героев. Но залезть им в черепные коробки я не могу, потому ручаться за это не стану.

Отдельно нужно отметить деятельность девочек, которые держат микрофоны. У них есть связь с аппаратной, и им в наушник говорят, когда они должны дать микрофон тому или иному гостью. В моём случае я сам попросил, чтобы мне дали слово, и «моя» девочка, получив «добро», протянулся мне микрофон. Но до этого со мной произошёл забавный эпизод, который остался за кадром: в пылу я попытался выхватить микрофон у французского журналиста, сидящего рядом со мной, на что ведущий программы Анатолий Кузичев строго погрозил мне пальцем. Его соведущая Екатерина Стриженова изображала «простушку», которая ничего не понимает в том, что происходит, но очень к этому стремится. Хочу сказать, что Катя блестяще с этим справилась, хотя меня терзают смутные сомнения в том, что она действительно ничего не понимает.

Сорок пять минут прямого эфира пролетели очень быстро: мне показалось, что я находился в студии не более пятнадцати минут. После окончания программы меня на такси отвезли в аэропорт «Шереметьево», откуда я улетел в Германию.

Мои общие впечатления – весьма положительны. Мне было очень интересно, прежде всего, как журналисту увидеть закулисье «Останкино». Теперь я из первых рук знаю, как создаются подобные программы.

Уже после возращения в Германию на моей странице в фейсбуке возникла жаркая и бурная дискуссия по поводу того, нужно ли вообще участвовать в подобных телешоу? Некоторые знакомые довольно резко высказывались против моего появления на российском ТВ. Лично я считаю, что – да, участвовать в них необходимо. Хотя бы потому, что даже в таких жутких условиях, есть возможность пусть и пунктирно, но донести до зрителей альтернативную точку зрения, иначе там будет только «игра в одни ворота»!

Текст: Евгений Кудряц, Аугсбург
Фото: личный архив Евгения Кудряца